/
Основная история
46 из 53
Настал день обещанной встречи.
Хотя Беренис была приглашена всего лишь на простую послеобеденную чайную церемонию, ей предстояло встретиться с императрицей Эгонида, поэтому готовиться она начала с раннего утра.
Маркиза, встревоженная тем, что её дочь, только недавно достигшая совершеннолетия, отправляется в столь непростое место, помогала Беренис собираться и вновь и вновь повторяла:
— Ни в коем случае ничего не обещай и не давай никаких определённых ответов.
Беренис и сама придерживалась того же мнения, поэтому лишь послушно кивала в ответ на слова матери, поднимаясь в экипаж, присланный императрицей.
Когда дворец стал постепенно приближаться, Беренис отвела взгляд от окна кареты и глубоко вздохнула.
Самым важным делом на сегодня было проникновение в императорскую библиотеку.
Беренис вспомнились слова Кайдена о том, что его помощник Ас сейчас рыщет, не жалея глаз, поскольку если бы сама Беренис долго торчала там, это вызвало бы у многих подозрения.
«Говорят, за всё время учёбы в академии он всегда был первым по успеваемости и даже выпускной экзамен сдал лучше всех».
Вряд ли кого-то удивит, если такой человек просидит весь день в императорской библиотеке. Для этой задачи трудно было найти кого-то более подходящего.
— Мы прибыли.
Пока Беренис мысленно приводила в порядок свои планы, карета остановилась.
Следуя за слугой, который открыл ей дверь, Беренис направилась в сад императрицы. Пройдя через всё ещё пустынный зимний цветник, она остановилась перед оранжереей.
Стеклянный сад, созданный для того, чтобы растения могли цвести даже в разгар зимы, слыл реликвией эпохи магической инженерии, и им из поколения в поколение владели и управляли императрицы.
— Просто идите прямо по дорожке внутри.
Это место было пространством, куда разрешалось ступать только избранным.
Маленький и тонкий магический артефакт, похожий на билет, который ей вручил слуга, как раз и был тем самым знаком «дозволения». Даже прислуга не могла ступить внутрь без пропуска.
Конечно, магические артефакты, которые носили при себе слуги, выглядели грубее, да и на них стояли ограничения, позволяющие перемещаться только в пределах закреплённой за ними зоны.
Артефакты, выдаваемые гостям, тоже делились на ранги, и тот, что получила Беренис, был уровнем чуть ниже самого высшего — он позволял посещать любые места, за исключением личных покоев императрицы.
«Это слишком».
Если смотреть на это просто, такой жест означал, что Беренис считалась очень важной гостьей. Но в её душе было слишком много сомнений, чтобы просто радоваться этому факту.
«Нужно быть осторожнее».
Вспомнив наставления маркизы и предостережение Кайдена, Беренис глубоко вдохнула и шагнула внутрь Стеклянного сада.
Его внутреннее пространство, где среди цветов и деревьев порхали маленькие птицы и бабочки, являло собой настоящее воплощение роскоши.
Всевозможные растения, распустившиеся наперекор времени года, пестрили в глазах.
Некоторое время Беренис неподвижно стояла у входа, зачарованно разглядывая эту картину, но затем пришла в себя и медленно пошла вперёд по прямой дорожке.
Интересно, насколько же он огромный и просторный?
Долго следуя по тропе, конца которой всё не было видно, Беренис наконец заметила белоснежную мраморную беседку.
Пять колонн, украшенных искусной резьбой, словно оплетённой лозами, поддерживали куполообразную крышу. Внутри беседки, ожидая Беренис, уже сидела императрица.
— Приветствую единственную славу Эгонида.
— Добро пожаловать, юная леди из дома Уилтьер. Я ждала вас.
Как и в прошлый раз, императрица похлопала ладонью по месту рядом с собой, приглашая Беренис присесть, а затем с улыбкой осведомилась о её делах.
Тёплый чёрный чай, сладости, щекочущий нос аромат цветов и тихое щебетание птиц.
Тёплый и нежный ветерок, настолько естественный, что невозможно было поверить в его искусственное происхождение, делал этот момент по-настоящему прекрасным.
Но Беренис не могла наслаждаться всем этим в полной мере.
Причиной была императрица, которая продолжала разговор, не отпуская её руки.
То ли её действительно давно интересовал дом Уилтьер, то ли она заранее подготовилась к этой встрече, но вопросы не прекращались.
Одни из них были совершенно бессмысленными, другие — слишком острыми.
Чтобы не допустить ошибки, Беренис приходилось сохранять предельную бдительность, одновременно поддерживая на лице мягкую улыбку и не показывая своего напряжения.
— Кажется, я слишком много говорю только о себе.
— Вовсе нет. Мне очень приятно просто слушать ваши рассказы, ваше величество.
— Признаться, я и сама не ожидала, что разговор с юной леди доставит мне куда больше удовольствия, чем беседа с маркизой.
— Для меня это большая честь.
Беренис не могла даже воды выпить, поскольку императрица всё ещё держала её за руку, не давая ею пошевелить. Понимала ли она это или нет, но, добродушно улыбнувшись и блеснув глазами, она вновь заговорила:
— Надеюсь, после банкета младший граф Блейз больше не докучал вам?
— Нет.
— Какое облегчение. Честно говоря, я вызвала графа и немного побеседовала с ним. Сказала, что если он продолжит так навязчиво себя вести после расторжения помолвки, которое произошло далеко не по самой приятной причине, это плохо скажется на репутации обеих семей.
— Я и не знала, что ваше величество так обо мне заботится. Благодарю вас.
— Просто мне стало так искренне жаль юную леди, что я сама не заметила, как вмешалась.
— Вы слишком добры.
«…К чему она клонит, подготавливая почву такими словами?»
Беренис насторожилась.
— Кстати, вам ведь тоже пора подыскивать нового жениха?
— ...Пока я об этом не думаю.
— Дело, конечно, не самое спешное, но раз уж вы отпраздновали совершеннолетие, разве не стоит начать присматриваться уже сейчас?
Слишком прямолинейное поведение императрицы снова вызвало у Беренис сомнения.
До своего возвращения в прошлое она считала императрицу чрезвычайно искусной интриганкой. Каждый её ход лишь сильнее затягивал петлю на шее Беренис.
Но теперь...
Её замыслы казались слишком простыми.
Почему же императрица до и после возвращения казалась совершенно другим человеком?
Если бы это объяснялось лишь опытом, накопленным с годами, разница не была бы столь фундаментальной.
— Я бы очень хотела, чтобы вы встретили доброго и заботливого человека.
— Я искренне благодарна вам за эту заботу.
— Может быть, у вас уже есть кто-то на примете?
— ...Нет.
— В таком случае, могу ли я немного помочь юной леди с поисками пары?
— Могу ли я спросить, почему вы проявляете ко мне столь исключительную благосклонность?
Услышав вопрос Беренис, императрица на мгновение задумалась, а затем с неловкой улыбкой ответила:
— Иногда ведь встречаются люди, к которым почему-то сразу начинаешь испытывать симпатию, хотя они ничего особенного не сделали. Наверное, для меня вы именно такой человек.
«Неужели за императрицей кто-то стоит?»
Эта мысль внезапно мелькнула в голове Беренис.
Если рядом с императрицей был кто-то, кто разрабатывал для неё планы, это могло бы объяснить такую разницу. Однако Беренис решила пока лишь запомнить своё подозрение.
В конце концов, ей казалось маловероятным, что император позволил бы подобному человеку оставаться рядом с императрицей.
«Император беспощаден к тем, кто посягает на его власть. Если бы рядом с императрицей действительно находился такой советник, он бы уже давно тихо избавился от него».
Император мог закрыть глаза на то, что императрица действует ради своего сына, но никогда не стал бы терпеть, чтобы кто-то, не получивший его дозволения, пользовался её расположением и укреплял собственное влияние.
И всё же Беренис решила не отбрасывать эту мысль окончательно, а лишь отложить её в сторону. Она слишком хорошо понимала, что мир далеко не всегда подчиняется здравому смыслу и личным представлениям.
— Матушка, я пришёл, потому что вы звали... О, у вас гость?
В этот момент Беренис повернула голову на внезапно раздавшийся детский голос.
Перед ней стоял третий принц Ашад, с растерянным лицом переводя взгляд с Беренис на императрицу.
В отличие от императрицы, устроившей эту встречу, и Беренис, которая заранее предвидела нечто подобное, он выглядел совершенно сбитым с толку.
— Ашад, ты пришёл.
— Матушка...
— Я вдруг вспомнила, что в прошлый раз ты так и не сообщил юной леди название книги, которую хотел найти, поэтому и позвала тебя.
— Но... это ведь вы, матушка...
— Ашад.
— ...Прошу прощения. Я... забыл сказать об этом юной леди.
Услышав твёрдый голос императрицы, Ашад сразу сник и опустил плечи.
Глядя на него, Беренис невольно почувствовала жалость, но тут же подавила её и заговорила сама.