Глава 60

Внутренняя часть подземного перехода частично обрушилась сверху, и сквозь пробоины в потолке сочилась дождевая вода. При каждом шаге под ногами хлюпала и чавкала жижа.

Глаза ещё не успели привыкнуть к кромешной тьме. Видно не было ничего. Нащупывая рукой гладкую облицовку мраморных стен, Хаён осторожно, шаг за шагом, продвигалась вперёд.

Похоже, темнота являлась слабостью гориллы. Оказавшись на неосвещённом участке, тварь заметно замедлилась и раз за разом упускала Хаён прямо перед своим носом. Благодаря этому девушке кое-как удалось увеличить дистанцию.

Но её беспокоила мысль: а вдруг тварь направится в ту сторону, где был Тэсон?

Вокруг густо пахло вонью разложения и ржавым железом. Из-за сырого, промозглого воздуха казалось, будто по всему телу ползают насекомые.

Разумом овладел панический страх. Быть зажатой в абсолютной темноте и убегать от мутировавшей гориллы — опыт, который вряд ли повторится в жизни.

Ей хотелось утешить себя мыслью, что её жизнь и так состояла из непрерывной полосы невзгод и испытаний, а потому выработался иммунитет. Однако по мере того как присутствие монстра становилось всё ощутимее, хотелось просто испариться.

Даже если умирать, она не хотела быть разорванной гориллой.

По мере того как она продвигалась всё глубже внутрь станции, уровень воды поднялся уже где-то до голени. Несколько раз она чуть не упала, споткнувшись о препятствия под ногами. Впрочем, выяснять, обо что именно она спотыкалась, желания не возникало совершенно.

Хаён спустилась ещё на один пролёт ниже.

Наконец глаза хоть немного адаптировались к тьме. Видно всё ещё было паршиво, но силуэты предметов более-менее прорисовывались.

Кап, кап.

Звук падения капель отдавался от мраморного пола.

Благодаря тому, что она спустилась ещё на этаж ниже, вода под ногами почти не стояла — осталась лишь скользкая влага.

Пока на неё беспрестанно лил дождь, она этого не замечала, но стоило оказаться под крышей, как холод разом накрыл с головой, отчего всё тело забила крупная дрожь.

Хаён, обхватив себя руками, на мгновение прислонилась лбом к стене. Продрогнув до костей, она стучала зубами.

Она провела по лицу распухшими, ободранными руками. Ей страшно хотелось, чтобы прямо сейчас появился Тэсон вместе со стражами.

Она слишком устала. Была истощена до предела. Каждая клеточка тела ныла от боли. Сердце судорожно заходилось, превозмогая тошноту, а единственным желанием было провалиться в сон.

Кр-р-р-р...

Стоило ей остановиться на секунду, как совсем рядом снова раздался рык гориллы. Хаён спешно спряталась за массивной мраморной колонной.

Каждый раз, когда тварь переставляла лапы, Хаён тихо и медленно огибала колонну по кругу.

Горилла кружила неподалёку, шумно втягивая носом воздух и пытаясь уловить запах Хаён. Их противостояние затягивалось.

Хаён плавно вскинула винтовку. Она находилась прямо за спиной у твари. Идея была проста: стоило горилле развернуться, и девушка намеревалась выбить ей мозги через глазницу.

Хаён мягко выдвинула одну ногу вперёд, готовясь к выпаду.

Их разделял едва ли шаг. Девушка впилась взглядом в прицел. Для любого врага должно хватить одного нажатия на спуск.

В этот короткий миг в её памяти невольно всплыли многочисленные наставления Дерека. Все свои чувства и внимание она сконцентрировала на пальце, лежащем на спусковом крючке.

«Ещё немного… ещё капельку… ещё… Сейчас!..»

Бах!

Один патрон.

Кр-а-а-ах!

Промазала. Когда тварь заревела, горячий воздух ударил в лицо Хаён.

Она впервые почувствовала такой запах. Хаён не сдержалась, её скрутил рвотный позыв.

— Уэ-э-эк.

Кр-а-а-ах!

Тем не менее она успела вовремя присесть, уклоняясь от размашистого удара массивной лапы.

У-у-у-у! А-а-а-а!

Окончательно взбешённая тварь сцепила лапы в замок и изо всех сил обрушила оба кулака прямо туда, где только что стояла Хаён.

Бум! Бум! Бум!

Хаён в последний момент успела перекатиться, трижды извернувшись от чудовищных ударов.

Мраморное покрытие пола на месте, где она находилась долю секунды назад, разлетелось в крошку, оставив глубокие вмятины. Разрушительная сила твари поражала.

Если бы она попала под этот кулак, её бы расплющило, как лист бумаги, даже не успев почувствовать боли.

Чтобы вырваться из зоны поражения, Хаён проскользнула у твари прямо между ног и выскочила с другой стороны.

Кр-а-а-ах!

Девушка на пределе возможностей рванула прочь по длинной платформе.

— Да не преследуй меня, тупая ты обезьяна! — орала она.

На каждый рёв гориллы Хаён, не желая уступать, отвечала отборной руганью.

Разница в скорости была колоссальной, но всякий раз, когда чудовище почти настигало её, Хаён пользовалась его уязвимостью к темноте: она то резко приседала, исчезая из поля зрения, то ныряла за колонны или торговые автоматы.

У-у-у-у! А-а-а-а!

Разъярённая постоянными увёртками Хаён, горилла начала колотить себя огромными кулаками в грудь и с силой топать одной ногой по полу.

— Че… чего это она?!

Хаён с тревогой наблюдала за аномальным поведением зверя. И не напрасно: тварь с нечеловеческой силой выдрала с корнем стоявший неподалёку торговый автомат и с размаху швырнула его прямо в Хаён.

Из отверстия автомата в воздухе разлетелись банки с напитками.

Хаён в самый последний момент увернулась от летящей махины и на лету сгребла одну из падавших сверху банок.

Ба-а-ам!

Автомат с грохотом впечатался в окно стоящего на путях поезда.

— Вот чёрт, эта тварь перешла все границы.

Горилла не дала ей ни секунды передышки и снова ринулась в атаку.

Хаён затаила дыхание и замерла перед прицелом. Остался последний патрон. Как только горилла оказалась в расчётной зоне поражения, девушка швырнула банку газировки ей прямо в морду и высадила финальную пулю.

Бах!

На, получи газировку, тварь!

Пшш-ш-ш!..

Кр-а-а-ах!

Пуля пробила жестянку, и фонтан газировки ударил монстру прямо в глаза. Горилла обхватила морду лапами и завыла от боли.

Хаён сделала вид, будто намерена пойти в лобовую атаку, но вместо этого перемахнула через разбитый автомат и бросилась к окну вагона.

Звяк!

— А-а-ак!

У-у-у! Кр-а-а-ах!

От удара выбитым автоматом соседнее стекло вагона тоже покрылось трещинами. Прикрыв голову обеими руками, Хаён рывком влетела внутрь вагона.

Удар об пол был ощутимым. Всё тело отозвалось дикой болью. Хаён кое-как поднялась на ноги.

Тварь изо всех сил лупила по стеклу, пытаясь пробраться в поезд. Пользуясь этим секундным замешательством, Хаён сломя голову побежала в глубь вагона. Она рассчитывала оторваться от монстра и перебраться на противоположные пути.

— Кха, кха… — вырвался у неё сухой кашель.

Лицо и руки были густо испещрены ссадинами от разбитого стекла, выступала кровь. От этой резкой боли на глаза сами собой навевались слёзы. Когда она влетела в вагон, то, видимо, неудачно ударилась лодыжкой о сиденье — ногу пронзила острая, пульсирующая боль. Плечо тоже словно было вывихнуто.

Кр-а-а-а-ах!

Тварь, судя по звукам, пролезть вслед за ней сразу не смогла. Хоть она и была меньше двух предыдущих особей, её габариты всё равно оставались слишком внушительными — без снесённых дверей пробиться внутрь казалось невозможным.

Горилла, оглашая всё вокруг диким рёвом, неслась на четырёх лапах снаружи вдоль платформы, следуя за движениями Хаён. Девушка металась по вагону взад и вперёд, пытаясь сбить её с толку.

У-у-у-у!

Похоже, до твари дошло, как поступить: она вцепилась в вагон и принялась раскачивать его из стороны в сторону. Хаён нутром учуяла, что монстр нашёл выход.

— Да разбейся ты уже!

Чтобы перебраться на противоположные пути, Хаён изо всех сил принялась крушить винтовочным прикладом стекло с другой стороны вагона.

А горилла снаружи уже вцепилась в повреждённое окно и раздвигала металлическую раму. От её чудовищной мощи стальной корпус поезда сминался как фольга.

Это вообще реально?!

Несмотря на экстренность ситуации, Хаён на мгновение застыла в шоке, наблюдая за этой невероятной физической силой.

У-у-у-у! А-а-а-а!

Тварь, радуясь, запрыгала вокруг, а затем начала расширять окно вверх и вниз.

— Ах ты мразь!

Оставив попытки выбить окно на противоположную сторону, Хаён снова бросилась бежать.

— Где же он, где?!

Она панически шарила руками по стенам вагона, пытаясь нащупать рычаг аварийного открытия дверей.

— Ну же, почему, почему не работает?!

Сколько она ни дёргала рычаг ручного разблокирования, двери не поддавались. Хаён снова прижалась к окну и изо всех сил стала молотить прикладом по стеклу.

— Пожалуйста, ну же, давай, давай!

Вагон ощутимо качнуло — горилла всё-таки пролезла внутрь.

Гуп! Гуп!

— Разбейся, разбейся, разбейся.

Но стекло не поддавалось. Видимо, слухи о том, что они вкладывают много средств в метро, не были ложью.

Аварийное устройство они сделали никудышное, а окна — настолько крепкими, что создаётся впечатление, будто их специально спроектировали, чтобы люди здесь застревали и умирали.

До этого то оно прекрасно разбилось, какого хера именно сейчас не поддаётся?!

Вагон заходил ходуном так, что её бросало вверх и вниз. Спасаясь от разъярённой твари, Хаён заползла под сиденья.

Ошибка. Не надо было лезть в вагон — нужно было прорываться мимо твари обратно к лестнице и валить со станции.

Распластавшись под сиденьями, Хаён на локтях медленно ползла вперёд.

Было видно, как горилла озирается по сторонам в поисках добычи. Казалось бы, пора бы уже отступиться, но эта мразь оказалась поразительно упорной.

Хаён зажала рот обеими руками. Тварь, принюхиваясь, подбиралась всё ближе.

Чёрт, запах крови!

Кр-а-а-ах!

— А-а-ак!

Её схватили за лодыжку. Она пыталась удержаться за ножку сиденья, чтобы её не вытащили, но это было бесполезно. Её со свистом потащило по полу вдоль всего вагона, как вдруг… всё резко прекратилось.

У-у! А-а-а!

Ба-а-ам!

Раздался оглушительный взрыв. Мозг Хаён осознал происходящее с некоторой задержкой.

До ушей донёсся сухой, чёткий топот человеческих ног, передвигающихся по вагону. Девушка так и осталась лежать, уткнувшись лицом в скрещенные руки. Сердце колотилось где-то в горле, нужно было время, чтобы прийти в себя.

Один за другим доносились чьи-то голоса, крики, исполненные команд, и яростный рёв гориллы.

Хаён медленно подняла голову и осмотрелась. Внутри вагона воцарилась тишина.

Зато снаружи кипела лютая бойня.

Хаён вылезла из-под сидений.

Топ!

На крыше вагона раздались чьи-то шаги.

Сглотнув подступивший к горлу ком, Хаён с тревогой уставилась в окно, откуда доносился шум.

В непроглядной тьме что-то летало, рушилось, и горилла дико, с болью вопила.

Топ, топ, топ!

Шаги на крыше вагона остановились прямо над её головой. И пока Хаён с тревогой разглядывала потолок, прямо перед ней в окне вверх тормашками возникло мужское лицо.

— Разведгруппа AC?

— А-а-ах!

От неожиданного появления человека за окном Хаён отшатнулась и завалилась на спину.

— О, нашёл! Она здесь!

Лицо мужчины тут же исчезло из окна. И в тот же миг всё вокруг озарилось ярчайшим светом.

От резкой вспышки Хаён инстинктивно зажмурилась, прикрыв лицо ладонями.

— Здесь выжившая!

Голос прозвучал где-то совсем далеко. Хаён опустила руки и взглянула сквозь пальцы на сноп света.

Одетые в чёрную боевую экипировку, они выглядели ровно так, как те самые герои, которыми она так восхищалась.

Спасители человечества. Стражи.

Среди стражей, окруживших вагон, мужчина, стоявший прямо на туше убитой гориллы, медленно поднял голову.

— …Дерек.

Хаён сама не заметила, как произнесла его имя вслух.