Основная история
64 из 67
«Мама, я вас очень люблю, но, по-моему, это уже слишком».
С тех пор как началась подготовка к приёму императрицы в саду, Беренис не раз приходилось сдерживать эти слова, так и норовившие сорваться с её губ. Массаж, выбор платья и украшений, снова массаж — и вдобавок ко всему уроки от матери.
Беренис от природы была довольно умна, а после возвращения в прошлое её память заметно улучшилась, поэтому с учёбой и освоением новых знаний проблем не возникало. Однако маркиза, увидев, что дочь впитывает всё, словно губка, слегка вошла во вкус.
[Госпожа, юной леди тяжело.]
Если бы госпожа Паттерсон не вмешалась, не выдержав этого зрелища, Беренис, возможно, даже перед сном слушала бы материнские уроки вместо колыбельной.
— Госпожа, вы в порядке?
Рано утром Беренис, проснувшись с усталым видом, закончила утренний туалет, окружённая заботой Надии.
Несмотря на усталость, её гладкая кожа сияла, не имея ни единого изъяна.
— Потрясающе.
Глядя на своё отражение в зеркале, Беренис невольно пробормотала это, а затем вздрогнула от стука в дверь.
К счастью, за дверью оказалась не маркиза, а госпожа Паттерсон, старшая горничная.
Увидев, как Беренис с облегчением шумно выдохнула, она тихонько рассмеялась и спросила:
— Вы подумали, что это ваша матушка?
— …Да.
— Госпожа ещё спит.
— Ей снова не здоровится?
— Что вы, вовсе нет.
Услышав ответ госпожи Паттерсон, Беренис ещё раз с облегчением вздохнула. Та, всё ещё улыбаясь, продолжила:
— Просто она давно так не воодушевлялась, так что постарайтесь её понять.
— Я понимаю. Но и вы поймите, как мне тяжело.
— Хо-хо-хо, конечно, понимаю.
Пока они разговаривали, слуги, вошедшие вслед за госпожой Паттерсон, закончили сервировать завтрак на низком столике в центре комнаты. Свежий салат в небольшой миске, жидкий суп, ломтик мягкого хлеба и тёплый чёрный чай.
Глядя на столь скромный рацион, Беренис прежде всего вспомнила о корсете.
Говорили, что его носят ради того, чтобы талия казалась тоньше, но для Беренис это было не более чем орудие пытки.
— Подумать только, мне снова придётся это надеть…
— Мода всегда меняется, так что, возможно, когда-нибудь появятся платья, которые можно будет носить без корсета.
— А почему это время не может наступить прямо сейчас?
— Когда ваше влияние в светском обществе станет ещё сильнее, попробуйте первой надеть платье без корсета.
— …То есть до тех пор мне остаётся перестать жаловаться и послушно его носить?
— Наша госпожа такая умница.
— Хаа…
Беренис бросила взгляд в сторону открытой гардеробной, вздохнула и закончила свой завтрак, который казался ей до смешного скудным.
А затем снова начались приготовления. Позже проснувшаяся маркиза присоединилась к ним и помогла дочери с нарядом.
— Ты помнишь, что я говорила вчера?
— Я всё помню.
Беренис, покорно стоявшая перед зеркалом в полный рост, ответила и принялась разглядывать своё отражение.
На ней было простое по дизайну платье с открытыми плечами из струящегося светло-розового шелка, украшенное тёмно-красными лентами.
«Если бы не артефакт его высочества, всё могло бы закончиться плохо».
Благодаря одноразовому магическому артефакту «Исцеление», лежавшему в свёртке с лекарственными средствами, который Кайден дал ей, рана на плече уже исчезла без следа.
Испытав облегчение от этой мысли, Беренис мягко провела ладонью по пышной юбке, расходящейся от тонкой талии, и, приняв из рук маркизы жемчужное колье и браслет, надела их.
— Ты действительно хочешь оставить волосы так?
Изначально планировалось уложить волосы наверх, чтобы подчеркнуть линию шеи и плеч. Однако Беренис посчитала, что высокая причёска ей пока непривычна, поэтому волосы уложили в полураспущенном виде, закрепив сверху небольшим украшением в виде серебряных листочков с розоватым жемчугом.
Просто, но роскошно.
Это был образ, идеально подходящий для «лёгкого и непринуждённого приёма императрицы в саду». Маркиза ещё раз расчесала белоснежные волосы Беренис, спускавшиеся до бёдер, после чего удовлетворённо кивнула.
Благодаря умеренному макияжу лицо Беренис приобрело ещё более свежий и здоровый вид, и даже сама она понимала, насколько прекрасна.
Сегодня на приёме императрицы самой красивой девушкой будет именно Беренис. И маркиза думала так не просто потому, что она была её дочерью.
— В обычной ситуации я бы старалась не слишком выделять тебя, чтобы не привлекать внимания императрицы, но сегодня в этом нет необходимости.
К тому же у Беренис было то, чего не было у императрицы, — «молодость». Маркиза по опыту знала, что, какой бы красивой ни была женщина, ей не сравниться со свежестью и очарованием, которые дарит молодость, и потому довольно улыбнулась.
— Экипаж готов.
Сегодня они отправлялись не в карете, предоставленной императорской семьёй, а в карете дома Уилтьер. Дело в том, что приглашена была не только Беренис.
Говорят, что придворный императрицы, доставивший приглашение, выглядел немного смущённым, словно ему было неловко из-за этого. Но, если честно, Беренис было гораздо спокойнее ехать в экипаже своей семьи, чем в присланном императрицей.
Как и в тот день, когда её впервые пригласили в императорский замок, Беренис поднялась в карету под провожающим взглядом маркизы и улыбнулась Надии, которая сопровождала её в качестве личной служанки.
Раз уж предстояло посетить императорский дворец, сегодня и Надия была одета как настоящая юная аристократка.
— Твоя семья больше не связывалась с тобой?
— Нет. Если у них осталось хоть немного совести, они не станут со мной связываться.
Надия была старшей дочерью виконта Росса. Именно маркиз спас её от брака со старым аристократом, которому её собирались отдать в уплату за игровые долги отца. Так и началась её связь с домом маркизов.
Надия прекрасно понимала, что с ней произошло бы, не вмешайся маркиз. Поэтому она сразу разорвала отношения со своей семьёй и пришла в дом Уилтьер. Их связь, начавшаяся тогда, продолжается до сих пор.
— Не скучаешь по младшему брату?
— Скучаю, но он сказал мне ни в коем случае не возвращаться. Сказал, что сам придёт ко мне, когда станет самостоятельным.
Надия поддерживала связь с братом, скрывая это от виконта. Она широко улыбнулась и рассказала, что договорилась тайком встретиться с ним и прогуляться вместе в день совершеннолетия.
Надия всегда отличалась робостью, никогда не рвалась вперёд и имела привычку представлять самые худшие сценарии. Она действовала решительно лишь тогда, когда дело касалось дома Уилтьер или её младшего брата. Беренис кивнула, вспомнив Надию до возвращения в прошлое — та признавалась, что в такие моменты в её голове не оставалось иных мыслей, кроме одной: «Я должна их защитить».
— В тот день я позволю тебе провести с братом столько времени, сколько захочешь.
— Спасибо, госпожа!
Пока они разговаривали, карета незаметно прибыла во дворец.
— Идём.
— Да.
Надия открыла дверцу кареты и, выйдя первой, осматривалась по сторонам. Беренис, опираясь на руку кучера, спустилась следом и поправила помявшийся подол платья.
Поскольку это было мероприятие, где присутствовали и другие девушки, она заранее привела одежду в порядок, чтобы не давать повода для сплетен.
— Госпожа, здесь гораздо меньше людей, чем я ожидала.
— Хотя пригласили юных аристократок, находящихся в столице, приглашения наверняка не дошли до девушек из семей с низким статусом.
Сегодняшнее мероприятие императрица устроила ради того, чтобы похвастаться и продемонстрировать Беренис своих кандидаток.
Ей нужно было показать перед ней девушек, подходящих на роль пары для Ашада, поэтому, вероятно, критерии отбора были довольно строгими.
«Всего пятеро, включая меня?»
Беренис как раз пыталась угадать, из каких родов происходят собравшиеся неподалёку девушки, настороженно разглядывавшие друг друга, как вдруг кто-то рядом ахнул от изумления. Что же там такого?
Из любопытства Беренис повернула голову и заметила вдали карету, медленно приближавшуюся в их сторону. И вскоре она поняла, почему человек, первым заметивший эту карету, так удивился.
На крыше кареты развевался жёлтый флаг, а на нём тёмно-зелёным цветом была изображена божественная сияющая эмблема.
Это была карета храма.
Появление столь неожиданного гостя вызвало ещё большее оживление среди присутствующих, но Беренис была не такой, как остальные. Она уже знала, кто находится внутри кареты.
Однако она не ожидала, что «этот человек» появится именно сейчас, поэтому была немного растеряна.
Спустя некоторое время карета остановилась, и поспешно подошедший сопровождающий из императорского дворца осторожно открыл дверцу. Наконец находившаяся внутри кареты девушка показалась.
Волнистые золотисто-рыжие волосы, колышущиеся при каждом движении, и золотые глаза, которыми, говорят, может обладать лишь избранный божеством.
Это было появление святой.