Основная история
67 из 67
— …Слову Божьему?..
— О… И это всё, что вы можете сказать в ответ?
Неужели она не понимает, что только что произнесла слова, из-за которых выглядит как самая настоящая сектантка?.. Если бы она не была святой, Беренис действительно приняла бы её за сектантку и, не оборачиваясь, бросилась прочь.
От сумасшедших и от дерьма лучше держаться подальше, а от сектантов — и вовсе бежать что есть сил.
— А-а, госпожа…
Похоже, Надия подумала о том же. Пока Беренис собиралась сбежать, Надия, вероятно, решила хотя бы выиграть для неё немного времени и незаметно встала перед ней. В поле зрения Беренис появился её милый затылок.
— Извините, могу я спросить, почему вы смотрите на меня таким взглядом?
— Прошу прощения, святая. Вы разве не заметили ничего странного в своём предыдущем высказывании?
— Но ведь так велел Бог?
На лице святой было искреннее недоумение. Впрочем, святая была единственным человеком, способным слышать голос Бога, так что её слова о том, что она следовала Божьему велению, скорее всего, не были ложью.
Из-за столь сомнительного заявления Беренис на мгновение забыла, кем на самом деле является святая. Она слегка похлопала Надию по плечу, давая знак отступить.
— Для начала не могли бы вы попросить вашу служанку отойти? Всё-таки речь идёт о слове Божьем, так что мне не хотелось бы, чтобы его слушал кто попало.
— …Надия, отойди ненадолго.
— Вы уверены?
— Эй, юная служанка? Как бы я ни выглядела, я всё-таки святая. Неужели вы думаете, что я причиню кому-нибудь вред?
Хотя святая это сказала, Надия, словно не слыша её, ждала ответа Беренис.
— Всё в порядке.
Беренис ответила, успокоив её, и Надия, недоверчиво взглянув на святую, отошла на расстояние, достаточное, чтобы не слышать их разговор, и остановилась.
— Какая невероятная преданность. Завидую.
— Говорите, что хотели.
— А, ничего особенного. Бог сказал мне, что если я хочу исполнить своё желание, то должна прийти к вам, госпожа.
Желание?
Глядя на святую, которая весело и непринуждённо говорила об этом, Беренис склонила голову набок. Всё, что она знала о святой, — это лишь её происхождение, возраст пробуждения и тот факт, что она должна была выйти замуж за третьего принца.
Ни в прошлом, ни в настоящем Беренис не была с ней близка, так что то, что святая пришла к ней ради исполнения своего желания…
Здесь явно требовалось более подробное объяснение.
— Прошу прощения, святая…
— Клара.
— Что?
— Это моё имя. Когда меня называют святой, я чувствую некоторую дистанцию. Просто зовите меня по имени. Я очень хочу с вами подружиться.
— …Чтобы исполнить своё желание?
— Да!
Что тут скажешь?
Она оказалась даже более жизнерадостной, весёлой и прямолинейной, чем Беренис могла представить.
И ещё…
«Она кажется немного меркантильной… Пожалуй, не стоит давать подобные оценки святой?»
Подумав об этом, Беренис покачала головой и посмотрела на святую — нет, на Клару.
— Леди Клара.
— Да!
— Вы сказали, что пришли ко мне, чтобы исполнить своё желание. Могу я спросить, в чём именно заключается ваше желание?
— А, сейчас нельзя.
— …Что?
Как это понимать?
Она сказала, что пришла к ней, следуя воле Бога, но теперь не может сказать, зачем именно пришла?
Не похоже, чтобы она над ней насмехалась… Но Беренис совершенно не понимала её слов и снова склонила голову набок. Тогда Клара поспешно продолжила:
— Он сказал, что прийти к вам я могу в любое время, а вот своё желание должна озвучить позже, когда придёт срок.
— Надо же… Как «подробно» вам всё объяснили.
— Потому что Он меня любит!
А-а… Неужели именно поэтому она была такой весёлой и жизнерадостной? Потому что была совершенно уверена в том, что её любят?
Глядя на Клару, которая ответила с чистой, безмятежной улыбкой, Беренис вдруг кое о чём подумала.
Поколебавшись мгновение, Беренис осторожно спросила Клару, которая всё так же улыбалась, глядя на неё:
— Случайно… Бог не говорил вам обо мне чего-нибудь ещё?
— Ещё чего-нибудь? Например?
— …Просто чего-нибудь ещё.
— Нет, ничего.
— А, понятно.
— Ой? Если вам так жаль, хотите, я спрошу для вас?
— Нет, всё в порядке.
Беренис на мгновение подумала, не сообщил ли Бог святой о том, что она вернулась в прошлое. Но, поняв, что он ничего ей не рассказал, она невольно покачала головой.
Если Бог не сообщил об этом даже святой, которая слышала Его слова, значит, на то была веская причина.
Следовательно, и решение не рассказывать Кайдену тоже было правильным.
У неё появилось ощущение, что даже если позже святая из любопытства решит спросить Бога об этом, то всё равно не получит чёткого ответа.
Клара наблюдала за Беренис, которая, казалось, почувствовала облегчение, и вдруг всем телом вздрогнула.
«Ей плохо?»
Беренис уже хотела шагнуть к ней из беспокойства, когда произошедшее заставило её замереть.
Клара внезапно опустилась обоими коленями прямо на землю и сложила руки в молитвенном жесте. Она крепко зажмурила глаза и подняла лицо к небу. Беренис растерялась.
Это ведь был не храм, а обычная дорожка в саду императрицы, покрытая землёй. Место, совершенно неподходящее для подобной позы.
Стоявшая поодаль Надия растерянно показала жестом, можно ли ей подойти, но Беренис подала знак оставаться на месте и продолжила наблюдать за Кларой.
Её яркие золотисто-рыжие волосы, сиявшие под солнцем, удивительно гармонировали с красными розами, цветущими в этом саду.
Изящно очерченные брови, густые ресницы, отбрасывающие длинные тени, округлый аккуратный нос и алые губы — всё это придавало ей удивительно мирской вид.
Если бы не белые одежды священнослужительницы с широкими рукавами, по ней невозможно было бы понять, что она принадлежит к храму.
«Если бы она не пробудилась как святая…»
Несомненно, ей пришлось бы жить довольно тяжёлой жизнью. Ведь красота, которую нечем защитить, порой приводит к трагедии.
Сколько времени прошло с тех пор, как Клара внезапно опустилась на землю и начала молиться?
Вдруг снова вздрогнув всей фигурой — точно так же, как и перед началом молитвы, — Клара открыла глаза, осмотрела себя и коротко цыкнула языком:
— Вот за это я и не люблю белую одежду. Если вернусь в таком виде, мне точно устроят выговор… Эх, ну почему именно в такой момент ты решил давать наставления?
В словах недовольно ворчавшей Клары Беренис уловила нечто важное и осторожно спросила:
— Н-неужели вы… услышали слово Божье?
— Да.
— …Здесь?
— Святая может получить слово Божье даже без особого священного артефакта. А, но это секрет, так что пусть об этом знает только леди.
Спокойно доверив свою тайну, Клара принялась стряхивать грязь с белого платья и продолжила:
— Хотя это может произойти когда угодно, всё же было бы неплохо, если бы Он не обращался ко мне, когда я стою посреди дороги.
От такого отношения Клары к Богу, словно они были невероятно близки, Беренис лишилась дара речи.
Но Клара совершенно не обратила внимания на её реакцию и продолжила говорить лишь то, что должна была сказать:
— Он говорит, что уже скоро наступит день, когда я смогу рассказать вам о своём желании.
— Вот как?
— Поэтому давайте станем немного ближе друг другу.
— …
— Но это не бесплатно. У меня есть кое-какая информация, которая, думаю, вас заинтересует.
— Мне действительно можно её услышать?
— Да. Он сказал, что я могу вам рассказать.
В этот момент атмосфера вокруг Клары изменилась.
Воздух вокруг неё словно тяжело осел.
От внезапно возникшего давления Беренис едва не рухнула на землю, но с трудом удержала равновесие. Тогда Клара, сверкнув золотистыми глазами, произнесла:
— Будь осторожна. Свирепое существо охотится на тебя.
— Ух!
Едва эти слова прозвучали, как воздух вновь вернулся к своему обычному состоянию.
От неожиданной перемены Беренис пошатнулась, а затем снова увидела перед собой беззаботно улыбающуюся Клару.
— Вы знаете, что именно означает «свирепое существо»?
«Неужели это побочный эффект от того, что я услышала слово Божье?»
Почему-то всё вокруг стало расплываться. Кроме того, Беренис почувствовала, как холодный пот стекает по спине. Казалось, земля под ногами дрожала, а может, это она сама шаталась.
— Я тоже этого не знаю.
Голос Клары, отвечавшей на её вопрос, словно утонул в гудящем шуме, и Беренис едва могла его разобрать.
— Тогда… можете ли вы узнать, когда это свирепое существо нападёт на меня?
Её тошнило. Что с ней сейчас происходит?
Клара лишь улыбалась, глядя на Беренис, которая прямо перед ней едва держалась на ногах, и не предпринимала никаких действий. Она беззаботно ответила:
— Это я могу сказать.
— К-когда?..
— Сейчас.
Беренис хотела что-то сказать, но голос не слушался.
Последнее, что она увидела, прежде чем всё погрузилось во тьму, — лицо Надии, бегущей к ней издалека.
— Я ведь была права, правда?
Исполненный гордости и удовлетворения голос Клары стал последним звуком, который услышала Беренис.