/
Том 1
162 из 166
Ту-ту-! Уи-и-и-и-и-и-!
[Код Зелёный, Код Зелёный.]
[В районе Сеула зафиксирована активация врат повышенной опасности. Активируется система аварийного закрытия. Повторяем. Весь медицинский персонал и пациенты должны немедленно...]
— Ваша милость!
Вбежала Бариюн, замаскированная под медсестру, и Чжио, было поднимающаяся со своего места, резко застыла и нахмурилась.
«Ну что за манера! Даже если всё уже выплыло наружу перед госпожой Пак, так же нельзя, прямо при «трогательном воссоединении матери и дочери»…»
— В-ваша милость?
— О мамочки мои. Эта бестактная несравненная красавица — корейская коварная лиса, о которой ваша невинная доченька совершенно не знает… Простите, что осмелилась нарушить вашу трогательную встречу, уважаемая госпожа! Сердце вашей невестки, наблюдавшей всё это издалека, разрывалось от боли и готово было разлиться слезами!
— Н-невестки?
— Но я должна показать это!
Она в спешке протянула планшет. Указывать, что устройство наверняка украдено, времени не было.
Тах!
С каменным лицом Чжио выхватила планшет и уставилась на экран.
〚До сих пор неизвестно, удалось ли эвакуировать посетителей, оказавшихся в изоляции в Национальном музее, где возник разлом первого уровня. Сейчас на экране вы видите список по именам, предоставленный администрацией музея.〛
〚Боже, там есть школьники!〛
〚Обычно в это время они бы находились на уроках, но сейчас идёт период промежуточных экзаменов, и занятия заканчиваются раньше. Обстоятельства посещения музея учениками не ясны, но...〛
Вещание продолжалось, ведущие говорили всё мрачнее, но Чжио уже ничего не слышала.
Её взгляд вцепился в одну строчку субтитров.
〚Кён ○○ (17 лет) / Старшая школа «Утренняя Звезда»〛
— Тёща!
— Я… я в порядке. Просто немного закружилась голова…
Опершись на стол, Пак Сун Ён с бледным лицом застонала, прижимая ладонь ко лбу. Голос дрожал.
— Что она там делает?! Ведь когда я говорила с ней по телефону, она уверяла, что сразу вернётся домой…
Дзинь, дзинь-!
В кармане Чжио взвыл мобильный. Она и без проверки знала, кто звонит.
Разлом первого уровня.
Родина звала «Чжо».
Чжио быстро оценила ситуацию.
«Район Йонсан совсем не по пути домой. Кто-то специально втащил Гымхи в эту ловушку».
А значит… приманка.
«Наживка».
Кто-то, слишком хорошо знающий Кён Чжио, любезно прислал ей «приглашение».
По губам скользнула кривая усмешка.
— ...Ха, блядь. Только вернулась, а меня уже ищут. Популярность у меня прямо как у фейерверка.
Острый сарказм, вырвавшийся без её ведома из-за её извращённого ума.
А потом Чжио осеклась и украдкой посмотрела на мать.
Но Пак Сун Ён заговорила первой:
— Иди.
Сурово. Решительно. Искренне, как никогда.
— Иди, Чжио. Делай так, как считаешь нужным.
— ...
— Забудь все эти глупые обещания, что я заставляла тебя давать. Тебе не нужно их выполнять.
Живи, как хочешь.
Что бы ни случилось, ты останешься моей дочерью.
— Моя любимая девочка… Ты много страдала.
…Слова, которых она ждала, быть может, больше всего на свете.
Чжио, не в силах справиться с нахлынувшим чувством, исказила лицо.
И в тот самый миг…
...!
...Ках-ган! Шшшшшш!
[Заклинание «Сила Слова» отзывается по сильной воле заклинателя.]
[Древнее заклинание, «Оковы Языка», снято!]
[Поздравляем! Вы преодолели скрытое ограничение (особое).]
[Вы освобождены от давней печати. Скорость роста и скрытый потенциал, которые подавлялись, значительно возрастают!]
[Достижение получено!]
[Магический контур переходит на второй уровень!]
Оковы, что сковывали душу, рассыпались.
Так давно они были частью её, что Чжио даже не осознавала их существования.
Тело стало лёгким, словно сбросило чужое бремя.
Чжио крепко зажмурилась, а затем открыла глаза.
Даже без бурного дождя системных сообщений она чувствовала: всё изменилось.
Если раньше её сила была чем-то вроде выключателя, то теперь… даже без усилий в её взгляде вспыхивали звёзды.
— Ах...!
Наблюдавшая Бариюн невольно издала восхищённый возглас.
Повзрослевшая хозяйка стала ещё более недосягаемой, но было некогда грустить об этом — она была ослепительно прекрасна.
【Наконец-то ты сбросила одну оболочку.】
[Ваша Заветная Звезда, «Чтец Судеб», ворчит с лёгкой усмешкой, говоря, что он беспомощен и расстроен из-за кровных уз.]
[«Ну что ты там мямлишь, говори уже то, что хочешь», — подталкивает вас Созвездие.]
Верно. Как и говорила звезда, ей было что сказать.
Но длинных речей не требовалось.
Глаза, смотрящие на неё в изумлении.
Чжио посмотрела на женщину, которую любила больше всех на свете, и тихо рассмеялась.
— Мама.
Слова, что она хотела сказать с самого начала.
— Всё хорошо.
Из глаз, хранящих следы тяжёлой жизни, вновь навернулись слёзы. Чжио нежно вытерла их и прошептала:
— Ни разу тебя не винила. Но если всё же тебе так не по себе… Позволишь мне сделать кое-что, чтобы защитить тебя?
— ...
— Мам?
— ...Хорошо.
[Активировать уникальный навык Созвездия — «Песочные Часы Судьбы»? Доступно слотов для назначения: 1.]
[Песочные Часы, цель «Пак Сун Ён», активировано.]
Золотые часы вернулись, неся драгоценное имя.
Завершив подтверждение, Чжио снова задорно вскинула подбородок.
— Ну хватит плакать, мамочка. Смотри, я ведь совсем неплохо выросла, правда? Можешь не стыдиться меня где бы то ни было.
Можно мной гордиться.
— Ты хорошо воспитала дочку, наша госпожа Пак.
Она крепко сжала дрожащую руку и обернулась.
Теперь её ничто не пугало.
✧
— Гымхи! Гым Гым! Ты в сознании? Всё в порядке?
— Да уж, спасибо кое-кому: мы тут из-за неё, а она сама в сладком обмороке валяется.
— Квак Сора, подбирай слова.
— А что, я неправду сказала?!
Несколько голосов громко гудели, вызывая головную боль. Кён Гымхи с бледным лицом схватилась за виски. У неё кружилась голова.
— Где это мы…?
От её слов Соль Боми, поддерживавшая её, вздрогнула.
Быстро оглянувшись по сторонам, шепнула почти неслышно:
— Не помнишь? Ты сама после школы сказала, что обязательно, прямо обязательно нужно сюда… Мы уговаривали пойти в другой раз, но ты всё настаивала...
— Что? Ты не помнишь?
Хлоп!
Рука, толкающая её в плечо. Будучи пробуждённой, она не чувствовала боли от толчка обычного человека, но неприятное ощущение было другим. Она рефлекторно нахмурилась, но Квак Сора была быстрее.
— Ха! Целый день сидела, как будто призрак в тебя вселился! Чуть ли не убить готова была, если не пойдём! Атмосферу нагнала, а теперь что? Не помнишь?! Думаешь, так просто отвертишься?!
Кричит во всё горло, что от Гымхи мороз по коже, будто у неё болезнь.
Друзья в панике разняли их.
— Эй, эй, хватит! Может, это влияние врат! Такое же бывает! Да кто бы подумал, что с Гымхи такое случится?!
«Врата…?»
Только тогда она увидела, что происходит вокруг.
Кён Гымхи безучастно смотрела на развернувшуюся перед ней катастрофу.
Закрытый музей. За стеклянными дверями у входа клубился густой чёрный туман.
Вестибюль гудел: кто-то шептался, другие колотили в двери и рыдали.
— Выпустите! Дайте выйти!
— Эй! Сюда! Почему никто не идёт! Здесь есть люди!
Ошеломлённо пробормотала Гымхи:
— Я… это я сказала сюда прийти…?
Соль Боми с заминкой кивнула.
— Угу. Сама сказала, что обязательно, вот прямо обязательно после школы нужно в музей…
— Как сумасшедшая?
— Э-э… да. Я пыталась смягчить, но, похоже, зря. Ха-ха…
Из-за экзаменов уроки были короткими, и сегодня они не смогли переубедить странно настойчивую подругу. А в музее она вдруг рухнула без сознания.
«Правда не помнишь?» — осторожно добавила Соль Боми.
Гымхи почувствовала себя так, словно её околдовал лис.
Хотя она прекрасно знала: настоящий лис тут ни при чём. Но… стоп.
«Неужели… та визитка?»
Всё отличие было лишь в этом!
Она в панике полезла в карман — пусто.
Только горсть серого пепла, будто после сожжения проклятия, исполнившего своё.
«…Попалась. Обманули».
Гымхи со стиснутыми зубами едва сдержала крик.
Рядом Соль Боми вцепилась в её руку:
— Но… Гымхи! Что делать? Кажется, мы правда в ловушке...!
Туман за окнами густел, рвался внутрь. Люди, кричавшие у дверей, с воплем отпрянули.
Но паника на этом не кончилась.
Земля под ногами завибрировала. В воздухе потянуло гарью.
Такие жуткие признаки бывают лишь при «разломе».
И если изменения видны невооружённым глазом — значит, это врата высокого уровня.
Сора злобно уставилась на Гымхи:
— Это всё из-за тебя! Ну? Ты хоть что-то можешь? Позови своего хвалёного брата!
Но даже Сора, хоть и огрызалась, явно недавно рыдала. Красные веки выдавали её.
Напускная злость лишь маска. В душе она всё та же напуганная девчонка, обычный беззащитный человек.
И другие смотрели на Гымхи с молчаливым ожиданием.
Ногти впились в ладони.
Ожерелье на ключице холодило кожу. Даже не тревожа, она знала: местоположение уже передано, кто-то непременно сюда придёт.
Но это будет не её брат, как надеялись остальные.
Она — всего лишь приманка, загнанная в заранее расставленную ловушку.
Гымхи из последних сил сдержала крик.
«Сестра…!»
Не приходи. Прошу.