Глава 78

— Я считаю, что у меня есть право, — прозвучал тихий голос.

Николай, не отводя взгляда от Дерека, лишь пошевелил губами.

— …Что?

— Потому что я обещал защитить вас.

Его зрачки, медленно повернувшиеся к ней, выглядели мутными, тёмными и бездонными. Сжатые губы придавали его лицу даже некоторую суровость.

Он пошевелил губами, словно собирался что-то сказать, но вскоре тихо, почти со вздохом, проглотил конец фразы.

— Я пришёл сюда именно из-за этого.

Он наклонился к Хаён. Дыхание, коснувшееся уха, было горячим.

— Думаю, это ради Салли.

— …

— Поэтому будьте осторожны и не дайте себя раскрыть.

Раздался утешающий голос, и заслонённый обзор вновь открылся. Николай выпрямился, будто ничего и не произошло, и снова устремил взгляд прямо перед собой.

Хаён в оцепенении смотрела на его безупречный профиль. Обычно его было совершенно невозможно понять, но сегодня он казался ей особенно непостижимым. Казалось, кроме сейфа его вообще ничего не интересовало, а теперь он даже упомянул имя её матери и уделял ей столько внимания, что это становилось обременительным.

«Неужели у него и правда переходный возраст…»

Хаён озадаченно огляделась. Вопреки опасениям Николая, никто не выглядел достаточно сосредоточенным, чтобы проявлять интерес к окружающим. Она даже увидела, как Эван сорвал стельку со своих армейских ботинок и хлестнул ею по затылку Чинджэ, который клевал носом, после чего отвернулась. Похоже, Чинджэ обзавёлся действительно хорошим другом.

Хаён лишь спустя некоторое время искоса посмотрела в сторону Дерека. Он уже давно отвёл взгляд. Каких-либо изменений на лице заметить не удавалось.

Однако, слегка опустив взгляд, она увидела, что прежде казавшаяся твёрдой папка с документами смялась, словно лист бумаги.

«Из-за этих обстоятельств мне каждый раз отказывают».

Он знал о каких-то отношениях, существовавших между ней и Николаем. Наверняка ему хотелось о многом спросить, но, принимая во внимание её затруднительное положение, до сих пор он ни о чём не спрашивал.

Она ведь попросила его подождать. Он будет ждать. Значит, и она должна была внушить доверие. Во всяком случае, она не хотела заставлять его испытывать такое беспокойство.

— Выяснилось, что багдок появился в результате воздействия нового вируса на водное растение, обитающее исключительно вокруг цветов манделе.

Из-за того, что здесь собрались солдаты, каждый из которых обладал ярко выраженной индивидуальностью, в помещении стоял невообразимый шум. Однако правительственный агент совершенно не обращал внимания на поднявшуюся суматоху и продолжал говорить то, что должен был. По его виду казалось, что он скорее хотел поскорее закончить и уйти.

Он механически шевелил губами.

— Хотя с момента распространения вируса не прошло и года, согласно текущим исследованиям, ожидается, что через три месяца наступит вылупление, если за этот срок не уничтожить среду обитания.

Одной из причин, по которой Шадея, обладавшая сильнейшей военной мощью человечества, не могла бездумно вторгнуться в Верианс, была медицина. На протяжении нескольких столетий, пока все страны сосредоточивали внимание на новом человечестве, Верианс стягивал к себе всех способных специалистов и направлял их в медицинскую сферу.

И со временем эта перемена лишь повышала их ценность. Теперь даже Аттика была вынуждена протягивать к ним руку за помощью. Поэтому медицинское искусство Верианса в отношении обычных людей день ото дня становилось всё более развитым, а цветок манделе, являвшийся одним из исходных материалов наиболее широко используемых лекарств, находился в исключительной собственности Верианса.

Причина распространения багдока внутри Верианса была проста. Во время сбора цветов манделе, растущих только на окраинах Десрона, один из рабочих обнаружил багдока, ещё не достигшего стадии вылупления, и, заворожённый его яркой расцветкой, принёс его с собой. Чувствительный к температуре багдок вылупился из яйца во время перевозки и распространился по всему Вериансу.

— Как вы знаете, Десрон, за исключением земель, принадлежащих отдельным правительствам, является безвластной территорией, поэтому мутанты там не контролируются. За пределами земель, принадлежащих Вериансу, обнаружено всего три места обитания багдока.

После недолгого объяснения правительственного агента в тёмном зале собраний зажёгся свет. На этот раз в центре встал командир Дерек. Его тяжёлый низкий голос проник в барабанные перепонки.

— Внимание.

От одного его слова атмосфера в помещении изменилась. Все солдаты, до этого расслабленно развалившиеся во время скучного брифинга, замерли и даже перестали издавать звуки, полностью сосредоточившись на Дереке.

Он остро оглядел солдат, разбросанных по всему залу, и после недолгого молчания заговорил.

— Вы должны помнить: ещё до начала операции может оказаться, что нам придётся вернуться.

Предыдущий брифинг правительственного агента был практически бесполезен. Информация о новом вирусе ничем не отличалась от того, что военные уже множество раз слышали раньше. По сути, настоящая часть началась с информации из уст Дерека.

— Задача операции — уничтожить багдоков, обитающих в Десроне, и вернуться. В ней участвуют десять стран, от Верианса будет направлено двадцать человек.

В зале вновь раздался шум. Масштаб оказался гораздо больше ожидаемого. Солдаты начали оглядываться по сторонам, изучая незнакомые лица.

— Все войска встретятся в Шадее, расположенной неподалёку от района операции. Отправление завтра в полдень. Приготовьте вещи заранее.

Он продолжал говорить холодным голосом. Напряжение в зале усиливалось.

— Общее командование совместной операцией возьмёт на себя Аттика. Как только мобилизованные солдаты прибудут в Шадею, начнутся тренировки и оценка. По результатам этого оценивания будет отобран окончательный состав участников, которые будут задействованы в этой операции.

Шум усилился ещё больше. На лицах всех присутствующих появилось замешательство из-за совершенно неожиданной новости. Оказалось, что не все мобилизованные солдаты сразу отправятся на операцию — им ещё предстояло побороться между собой за место в её составе.

Хаён посмотрела на Николая. Он, подперев подбородок рукой, без всякого выражения слушал объяснения Дерека. Она крепко закусила нижнюю губу.

Он знал об этом с самого начала. Вот почему так легко согласился. Раз всё равно отсеют, незачем было утомляться объяснениями. Его цель заключалась лишь в том, чтобы отправиться в Шадею и открыть сейф.

— Повторяю ещё раз: некоторые или даже все находящиеся здесь люди могут не вернуться.

Почувствовав взгляд Хаён, Николай лишь повёл глазами и искоса посмотрел на неё. При виде уголка его губ, насмешливо приподнятого в её сторону, она на мгновение вскипела от возмущения и едва не занесла кулак. Но тут же её снова накрыло смущение.

Она ведь даже пожала ему руку, с таким серьёзным видом предложив постараться как следует, будто уже получила гражданство…

Даже если не считать стражей, одни только присутствующие сейчас в зале собраний солдаты обладали характеристиками, с которыми её показатели и сравнивать было нельзя. Её несколько утешало то, что Ара надёжно прикрывала её сзади, но в конечном счёте она всё равно двигалась именно так, как хотел Николай.

— Пока ничего не известно ни об операции, ни о тренировках. Это может быть индивидуальное оценивание, а может, всё будет проходить как соревнование между странами.

Хаён со вздохом отбросила раздражение. Да и само её раздражение было нелепым. Она сама сделала свой выбор — кого же теперь винить? В конце концов, человек может отличить дерьмо от соевой пасты только после того, как попробует и то и другое.

Когда Хаён шумно и глубоко вздохнула, Николай, словно прочитав её мечущиеся мысли, коротко хмыкнул, а затем снова отвернулся.

— Как уже было сказано на брифинге, у нас впереди примерно три месяца. Это означает, что у нас есть последний шанс уничтожить багдоков, не допустив жертв.

Сердце бешено колотилось. Даже если не считать тревогу из-за предстоящего нового оценивания, напряжение и возбуждение, поднимавшиеся от самых кончиков ног, затрудняли дыхание.

— Приготовьтесь к смерти. Запомните: с этого момента мы преследуем общую цель и разделяем лишь одну жизнь.

Дерек стоял прямо, заложив руки за спину, словно тщательно отшлифованная статуя, и слегка приподнял подбородок. Он выглядел как командир, долгие годы руководивший войсками на поле боя. На конце его взгляда оказалась Хаён.

— Выживите. Не ищите для этого никаких грандиозных причин. Ради завтрашнего дня. Ради себя. Просто выживите.

***

После второго брифинга объявили перерыв. Вопреки серьёзной атмосфере солдаты, выходя из зала, совершенно буднично шутили о том, что сегодняшний вечерний отдых вполне может оказаться последним отдыхом в их жизни.

Хаён заранее вернулась в казарму и растянулась на кровати.

— Чего опять кислая?

Ара, вернувшаяся в казарму после того, как поболтала с Сынхёном, безразлично бросила этот вопрос, увидев Хаён, чьё выражение лица было настолько серьёзным, что уже почти начало разлагаться.

— Просто подумала, что ничего лёгкого не бывает…

Голос Хаён приглушённо осел. Ей казалось, что, просто вписав своё имя в список, она обрела весь мир, но это оказалось лишь началом. Не подавилась ли она бесплатным сыром? Чем больше думала, тем сильнее росла тревога.

— Что, оценивание? Дерек тебе ничего не сказал?

— Угу.

— Значит, правда только телесный разговор был?

Хаён проигнорировала слова Ары и погрузилась в размышления. Если подумать, Дерек тоже не дал ей никаких намёков.

Но, если разобраться, даже если бы она знала заранее, ничего бы не изменилось. Это была проблема, которую она должна была решить сама, а не с чьей-то помощью. Как бы то ни было, это была её доля ответственности.

— Ты же сама сказала, что тебя обманули. Разве это не хорошо? Ведь ты могла пойти туда и погибнуть, а теперь у тебя появился шанс вернуться живой.

— Тоже верно.

Хаён согласно кивнула и заморгала.

«А что будет с моим гражданством? Разве мне теперь остаётся довольствоваться тем, что я просто открою сейф и вернусь? Пройти оценивание будет… сложно даже если я перерожусь».

— В чём проблема?

Переодевшись из формы в повседневную одежду, Ара подтащила стул к кровати Хаён и спросила, глядя на неё.

— Разве тебе не жалко гражданство?

— Мне жизнь жалко сильнее.

Она всё время говорила правильные вещи, так что Хаён особо нечего было ей ответить. Она ещё раз кивнула.

— И правда. Если умрёшь, какое уже к чёрту значение имеют гражданство и всё остальное.

— Если посмотреть на тебя, ты слишком много думаешь. Раз уж всё пошло прахом, не переживай заранее и просто плыви по течению. На твоём месте я бы в это время думала, что сегодня поесть, или решала, съесть ли ещё один шоколадный торт. Ты ведь помнишь, что тот, который ты обещала мне раньше, теперь мой? Не забывай.

Интересно, что должно быть в голове, чтобы после разговоров о жизни и смерти прийти к шоколадному торту.

Хаён беспомощно рассмеялась.

И всё же благодаря этому её запутанные мысли полностью прояснились. Что толку заранее переживать, если в зависимости от обстоятельств всё ещё может измениться? Она пришла к выводу, что вместо того, чтобы так тревожиться сейчас, лучше будет разобраться с проблемами, когда они действительно возникнут. Иногда человеку необходимо быть проще.

— Наоборот, теперь у нас стало на один вариант больше, так что это даже лучше. Если пройдём оценивание, появится возможность, а если не поедем — сохраним жизнь. Мы ничего не теряем.

— Это что за приступ мудрости?

— Ах, блин, опять обаянием блеснула.

— Если будешь так дистанцию держать, я обижусь.

— Извини. Я пытаюсь себя сдерживать, но это непросто.

После этого они ещё некоторое время хихикали и несли всякую чушь, затем собрали оставшиеся вещи и немного отдохнули. Наконец наступило долгожданное Арой время ужина, и, увидев столовую, обе разинули рты.