/
Основная история
10 из 17
— Кя-а-а-ак!
Неизвестно, откуда в ней взялось столько сил.
Сэхва, словно в беспамятстве, вцепилась в волосы Са Ёнджу и принялась отвешивать ей звонкие пощёчины.
— Да как ты посмела! Ты!!
Шлёп!! Шлёп!!! Шлёп!!
— А-а-а-ак!!!
— Боже мой! Госпожа!
Усевшись верхом на живот опрокинутой навзничь двоюродной сестры, она безжалостно хлестала её по щекам.
Тем временем кто-то, услышав крики, вбежал в комнату.
Почувствовав, как кто-то, выкрикивая её имя, схватил её за плечи и оттащил назад, она обернулась с полным жажды убийства взглядом.
Однако, увидев, кто перед ней, к ней немного вернулся рассудок.
— ...
Тяжело дыша, она на мгновение с недоверием уставилась на стоящую перед ней девушку.
Дочь Са Данюна, которая в прошлой жизни, последовав за ней в клан Бэк, стойко сносила все унижения, но по возвращении на родину нелепо погибла от рук Са Ёнджу и Чу Кёнхёна.
Это была одна из трёх сестёр — Са Ёнчхэ, личная служанка Чу Сэхвы.
Сразу после своего возвращения Сэхва оказалась заточена в подземную темницу и именно там узнала, какой конец постиг девушек, ставших ей почти родными сёстрами.
Та, что покинула Чу Сэхву более пяти лет назад.
— Госпожа. Что стряслось? — Ёнчхэ, глядя на взбудораженную Сэхву, серьёзно спросила.
Сэхва, не ответив, лишь кивнула в сторону двери.
— Запри.
Незаметно сёстры Ёнчхэ, Ёнму и Ёнсон, тоже вошли в комнату.
С ужасом глядя на развернувшуюся в комнате картину, они по одному слову Сэхвы переглянулись и начали быстро действовать.
Ёнму первой вышла наружу, чтобы никого не подпускать к комнате, а как только она вышла, Ёнчхэ заперла дверь и встала на страже.
Самая крупная из них, Ёнсон, преградила путь Са Ёнджу, которая, воспользовавшись суматохой, попыталась поспешно улизнуть.
От резких движений мышцы на руках Сэхвы мелко дрожали.
Но у неё не было ни малейшего желания останавливаться.
Восстановив дыхание, она снова медленно приблизилась к своей хорошенькой двоюродной сестре.
Са Ёнджу, сидевшая на полу и державшаяся за свои покрасневшие, распухшие щёки, попятилась назад, отползая.
Но даже этот путь к отступлению преградила Ёнсон.
— Н-не подходи. Не подходи.
— Ёнсон. Она только мешает. Прижми ей руки, чтобы не дёргалась.
— Да, госпожа.
— Се… сестра Сэхва. Да что с тобой? За что?
— За что?
От нелепости этого вопроса Сэхва тихо рассмеялась.
Её хриплый голос, сорванный двухдневной лихорадкой, звучал зловеще.
Чу Сэхва снова медленно подошла к Са Ёнджу.
У неё не было ни причин, ни обязанности отвечать, но кое-что сказать ей всё же хотелось.
Точно так же, как поступила эта двоюродная сестра, когда Сэхва, изувеченная пытками, валялась в грязной каменной темнице.
— Так что теперь отдай мне всё и уходи. Отправляйся в лучший мир.
— Тебе тоже пора в лучший мир.
Ярко улыбнувшись, она с этими словами вцепилась в растрёпанные волосы сестры и с силой дёрнула их на себя.
И снова ударила по перекошенным от ужаса щекам.
Хрясь!
Это была чудовищная сила, не верилось, что она принадлежит человеку, два дня пролежавшему в бреду.
* * *
Ха-а. Ха-а.
Сколько же продолжались эти жестокие удары?
Звуки хлёстких ударов, которые, казалось, никогда не прекратятся, со временем постепенно стихли.
— …У-у, …х-х.
Двоюродная сестра, которая до этого сопротивлялась, умоляла и кричала, теперь даже не могла нормально стонать.
Сэхва выпрямилась и восстановила сбившееся дыхание.
Она с бесстрастным лицом стряхнула волосы, застрявшие между пальцами.
Она задыхалась, словно у неё вот-вот разорвутся лёгкие.
Все мышцы тела дрожали, словно в судорогах.
И всё же ярость, обжигающая её разум, казалось, ничуть не утихла.
«Верно. А теперь я отплачу ей тем же, что перенесла сама. Сначала ногти. Потом, кажется, пальцы?»
Пока она мысленно перебирала последовательность пыток, которым подверглось её тело, Ёнсон и Ёнчхэ напряжённо следили за своей госпожой, едва дыша.
Они впервые видели, чтобы их всегда невозмутимая госпожа столь яростно проявляла эмоции.
И уж тем более они не думали, что увидят это в такой форме.
Взгляд госпожи, переводившей дух, внезапно метнулся к Са Ёнсон.
— Ёнсон, где нож?
Ёнсон вздрогнула, сама того не желая, и сглотнула.
— …Нож, вы говорите?
— Да. Тот, что отец подарил мне на день рождения. С маленьким рубином, вот такой.
— …Если вы о нём, то при разборе вещей его оставили во флигеле. Мне принести?
— Нет. Вы оставайтесь здесь. Пока буду идти, заодно успокоюсь. Если действовать на эмоциях, можно убить её слишком быстро.
— !!
«…У-убить? Двоюродную госпожу?»
Вмиг побледневшие Ёнсон и Ёнчхэ рефлекторно переглянулись.
В их дрожащих взглядах читалась откровенная растерянность.
«Что же делать?»
Избиение ещё можно было как-то замять, но убийство — это совершенно другое дело.
«Можем ли мы… не останавливать госпожу?»
«Действительно. Разве можно просто смотреть, как она совершит убийство?»
— ...
Однако вскоре они, крепко сжав губы, с решительными лицами кивнули друг другу.
Их госпожа не из тех, кто станет делать подобное без причины.
Раз она сказала, что эта двоюродная сестра должна умереть, значит, на той есть вина, заслуживающая смерти.
А значит, им останется лишь ценой собственных жизней защитить свою госпожу, если дойдёт до крайности.
Останавливать госпожу — не их дело.
Тем временем Сэхва подошла к Ёнсон.
И с силой обняла её за мягкие плечи.
— А, госпожа?
Изо всех сил обняв Ёнсон и отпустив её, Сэхва подошла к Ёнчхэ и точно так же обняла её.
Верные и ласковые сёстры.
В критической ситуации они, ничуть не заботясь о себе, отдали за неё жизни.
Сэхва помнила это так ясно, словно это было вчера.
— …Госпожа.
«В прошлый раз вы спасли меня».
«На этот раз я обязательно защищу вас, чтобы вы были счастливы».
Эта двоюродная сестра была вполне подходящей целью для начала мести.
«Но просто отплатить ей тем же, что пережила я, — это слишком милосердно».
— Госпожа, связать двоюродную госпожу?
— Нет, просто оставьте так. Посмотрим, что она сделает, когда очнётся.
Холодный взгляд Сэхвы скользнул по потерявшей сознание Са Ёнджу.
А затем она вышла из комнаты, чтобы забрать женский кинжал, подаренный отцом.
Разумеется, Ёнму, которая с напряжённым лицом охраняла дверь снаружи, она тоже крепко обняла.
«Как сделать, чтобы боль длилась дольше и была мучительнее».
Направляясь к флигелю и глубоко задумавшись об этом, она вдруг заметила суматоху во дворе.
«Что такое?»
Сэхва притаилась у боковых ворот, всматриваясь наружу.
Что случилось?
Туда с напряжённым лицом прибыл какой-то воин. Вся его одежда пропиталась потом — видимо, он очень спешил.
Выражение лица отца, стоявшего на террасе, было плохо видно. Однако по доносящимся голосам можно было почувствовать, что он сильно напряжён.
«Может, этот сухой, как коряга, глава опять что-то задумал?»
Не в силах просто ждать, она поспешно побежала к отцу.
— Отец!
— Боже мой. Сэхва! Ты очнулась.
Увидев её, Чу Мёнюн с облегчением на лице поспешил к ней.
— Как твоё самочувствие? Тебе полегче? Зачем ты пришла сюда? Если что-то нужно, я бы всё приказал принести.
Его большая рука пощупала её лоб, проверяя жар, и вместо того, чтобы упрекнуть дочь за выход в неподобающей одежде, он быстро снял с себя верхнюю накидку и накинул ей на плечи. Его руки, запахивающие полы одежды, были нежными.
— Ты слишком бледна. Насчёт поездки в клан Бэк не переживай. Твой отец обязательно что-нибудь придумает.
— Со мной всё в порядке, отец. А что за послание прибыло? Плохие новости?
— А. Это...
— В чём дело? Что-то опасное?
Чу Мёнюн нахмурился, словно у него разболелась голова.
— Почему вы так хмуритесь? Глава что-то предпринял?
Когда глава издал приказ, запрещающий вступать в бой, если враг не нападёт первым, она расхваливала это перед ним как проявление милосердия и великодушия.
Но на самом деле этот приказ был отдан лишь потому, что у них не было уверенности в победе над армией клана Бэк.
Если бы до членов клана снова дошли вести о поражениях, авторитет божественного указа мог бы пошатнуться.
«Но этот подлый глава, даже если не может действовать открыто, может найти другой способ».
От этой мысли у неё ёкнуло сердце: вдруг он уже что-то затеял?
Напряжённый взгляд Сэхвы устремился на отца.
Чу Мёнюн покачал головой: «Дело не в этом», — и тихо произнёс то, чего она никак не ожидала услышать.
— Хм, тут в клане Бэк возникла проблема.
— Что? …Клан Бэк?
«Я думала, речь пойдёт о главе, с чего это вдруг он заговорил о клане Бэк?»
— И что за проблема?
— Два дня назад утром Бэк Киха, глава рода Бэк, покинул свою резиденцию. Об этом сообщил наш лазутчик.
— Так.
— Никто из наших людей не смог проследить за ним, так что до сих пор мы не знали его цели. Но сегодня он запросил разрешение на посещение владений клана Чу, чтобы перейти в мир людей.
Сэхва лишь похлопала глазами и переспросила:
— …Что?