Основная история
29 из 40
Двое братьев озадаченно уставились друг на друга.
— Брат, ты тоже слышал? Глава рода Бэк... Тот самый Бэк Киха?
— Если речь о главе рода Бэк, то он всего один, но... Почему он вместе с нашим отцом?
Судя по словам стражей заставы, их было всего двое, без охраны и слуг, и сама эта ситуация была совершенно непонятной.
С какой стати главе рода Бэк без сопровождения находиться на землях рода Чу?
И почему их отец идёт вдвоём с Бэк Кихой, не взяв с собой других воинов?
И куда запропастился дядя Данюн?
Вопросов было не один и не два, поэтому, чтобы найти ответы, им оставалось лишь снова гнать коней.
Они гнали лошадей так, что подковы готовы были отвалиться, и спустя долгое время далеко за равниной разглядели две тени разного роста.
Одна тень, казалось, жаждала быстрее вскочить на коня и помчаться, а вторая, даже не сев верхом, мешкала, будто хотела продлить это время хотя бы немного.
Это были их отец и глава рода Бэк.
— Отец!
— Каюн, Кахан! Да вы-то откуда здесь?
Чу Мёнюн, услышав топот копыт и остановившись, в изумлении назвал имена сыновей.
— Вам же нужно удерживать передовую, почему вы здесь? Неужели что-то произошло на границе земель? Вы отправляетесь с докладом к божественному указу?
Подскакав к ним вплотную и соскочив с коня, Чу Каюн громко ответил:
— Конечно, случилось!
— Всё верно. Услышав о том, что Сэхва отправляется в род Бэк, как мы могли сидеть сложа руки? Мы оба идём к божественному указу, чтобы, рискуя головами, просить её пересмотреть этот указ!
— Что вы сказали?
— Как мы можем возложить такое бремя на хрупкую младшую сестру? Даже если придётся отдать жизнь, мы должны хоть как-то спасти Сэхву!..
Глядя на сыновей с преисполненными решимости лицами, Чу Мёнюн вновь вспыхнул от гнева.
— Вы, вы…
Бестолковые!
— Если бы вопрос можно было решить вашей просьбой, я бы уже всё уладил! Вы сами приняли такое важное решение и самовольно покинули передовую?!
— Нет. Мы получили недельный отпуск у старейшины Чаюна.
— И старейшина Чаюн в это вле...
— Однако, отец.
Старший, Чу Кахан, вовремя перебил его и указал на человека, который с интересом слушал разговор отца и сыновей стоя рядом.
Только тогда Чу Мёнюн понял, что забыл о нём, и со смущённым лицом представил Бэк Кихе двух мужчин.
— Простите за бестактность. Глава Бэк, это мои сыновья.
— Да, я уже знаю.
— Каюн, Кахан. Поздоровайтесь и вы.
— Отец. Прежде чем мы это сделаем, объясните, почему этот человек здесь? Ему мало уже согласованной суммы компенсации? Он пришёл потребовать отдать ему ещё что-нибудь?
— Брат прав. Неужели он пришёл сюда только потому, что не успокоится, пока сам не увидит, что ещё можно у нас выжать?
— Что за манеры! Как вы смеете так разговаривать с главой клана!
— Глава главе рознь. Не знаю, почему отец оценивает его довольно высоко, но я не могу с этим согласиться. Как бы то ни было на поле боя, разве можно без колебаний пинать упавшего с коня? В поединках один на один он втыкал духовную силу нечестными способами.
— Вот именно. Когда мы столкнулись с ним, он ударил ногой по голове брата и отобрал мой меч, бросив его в реку. Мы проявляли уважение даже к пленникам, так как же человек, являющийся главой клана и военачальником, мог совершить столь оскорбительный поступок по отношению к противнику?
Когда сыновья одновременно начали выливать своё негодование, глаза Чу Мёнюна округлились.
— Такое правда было?
И тут...
Бэк Киха, который мягко наблюдал за беседой троих, то смущался, а по мере затягивания их перепалки постепенно становился бледнее смертной тени, внезапно упал на колени.
Бум!
— ??
— ?!
— ...
Последней реакцией была реакция Чу Мёнюна.
За столь короткое время выходки этого человека уже перестали его удивлять, и Чу Мёнюн посмотрел на него со сдержанным раздражением.
Ему было интересно, какую чушь этот мужчина снова выпустит из своих изящных губ.
И слова, слетевшие с губ Бэк Кихи, заставили осознать смысл выражения «чем дальше в лес, тем больше дров».
— Старшие братья.
— ???
— ??!
— ...
Глядя на то, как его сыновья смотрят друг на друга выпученными глазами, Чу Мёнюн отвернулся.
Пусть лицом тот и выглядит молодо, но разница в возрасте между ним и сыновьями явно меньше, чем между ним и самим Мёнюном.
«Что это ещё за легкомысленное обращение? Неужели мы… Неужели я… проиграл такому человеку?»
Огромное чувство стыда нахлынуло на него, и ему совсем не хотелось вмешиваться в происходящее, что бы там ни было.
Тогда Чу Кахан, первым пришедший в себя, поспешно попытался подхватить Бэк Киху и поднять его.
...Хотел поднять.
Однако колени Бэк Кихи, словно приросшие к земле, никак не отрывались.
Смущённый Чу Кахан приложил силу и потянул его, но тот не шелохнулся.
— Ч-что вы делаете? Как глава союза шести кланов может вставать на колени перед кем-то, кроме своих родителей?
— Верно. У вас совсем нет гордости? Вставайте живо! Разве вы не знаете, что воин не должен становиться на колени ни при каких обстоятельствах?
— Как такое возможно? Как глава клана, как тот, кто несёт на себе надежды шести кланов, я лучше кого бы то ни было знаю цену своим коленям. Но раз уж я сам сознаю свои прошлые проступки... Как я могу беречь эти колени?
Бэк Киха продолжил с печальным лицом:
— Пусть я, конечно, на с. а. м. у. ю. малось старше вас двух, но когда я увидел двух военачальников на поле боя, меня объял страх. Несмотря на то, что вы немного моложе меня, я разглядел, что в благородстве, силе, духе и во всём остальном вы двое превосходите меня на голову.
— ...Что?
— А??
— И этот страх заставил меня совершить подобное. За свои прошлые поступки мне не расплатиться, будь у меня хоть сотня жизней, но я думал, что если когда-нибудь встречу вас двоих, то скажу, что всё это было лишь из-за войны. Что это были вовсе не мои истинные намерения. Поскольку я возглавил союз шести кланов, я не мог проиграть. Пойдя на такие неэтичные поступки, я лишь пытался защитить тех, за кого отвечал.
— ...
— ...
— Ваша храбрость подавила меня, и именно поэтому я так поступил. Я просто хотел хотя бы попытаться оправдаться.
— ...Хм, м-да.
— ...Кхм.
— Моим прошлым поступкам по отношению к вам двум нет оправданий, поэтому вы можете винить меня как угодно. Но я прошу вас понять одно.
Бэк Киха добавил убедительности своему голосу и посмотрел снизу вверх на двух братьев:
— Насколько искренне каждое это слово. Едва увидав вас двоих, я подумал, что в недалёком будущем вы станете одними из самых выдающихся воинов Хванге, и не переставал восхищаться. Я думал, что разница в возрасте вовсе не помеха для того, чтобы звать вас старшими братьями.
Речь Бэк Кихи лилась как по маслу, но у Чу Мёнюна, который уже слышал подобные речи, взгляд становился всё более холодным.
Только двое сыновей, никогда ни от кого не слышавших подобной похвалы, краснели от слов, сыпавшихся из уст Бэк Кихи, то удивляясь, то радуясь.
Чу Мёнюну было жалко смотреть на сыновей в таком состоянии, однако, если подумать, поверить Бэк Кихе было не так уж сложно.
Само преклонение колен являлось поступком, выражающим крайнее почтение к человеку.
К тому же перед ними стоял не кто иной, как глава союза шести кланов и единственный божественный зверь Хванге — Бэк Киха.
Если учесть разницу в их силах, то, даже если у него имелся какой-то умысел, не было никакой необходимости доходить до того, чтобы преклонять перед ними колени.
Поэтому его слова не могли не вызывать доверия.
Сыновей даже нельзя было упрекнуть.
— Вы действительно так… так высоко нас оценивали?
— Кахан, он просто говорит приятные слова. Быстро прояви скромность, поклонись и отступи.
— Для нас большая честь слышать такое от божественного зверя.
— Каюн, это просто вежливые слова, так что скорее прояви скромность, поклонись и отступи, говорю же.
— Вежливые слова? Ни в коем случае, отец. Я действительно глубоко впечатлён этими двумя военачальниками...
— Если вы правда считаете меня о. т. ц. о. м., не могли бы вы для начала встать?
Чу Мёнюн, который по пути сюда слышал обращение «отец» уже раза триста, пробормотал это с обречённым видом.
Испачканные в грязи колени тут же оторвались от земли.
Едва он поднялся, как оба сына, будто его стражи, взялись отряхивать колени Бэк Кихи каждый со своей стороны.
Было очевидно, что они глубоко тронуты тем, как высоко их ценит этот божественный зверь.
— Всё в порядке. Вам не стоит этого делать.
Словно пытаясь остановить сыновей, Бэк Киха снова согнулся в поклоне.
Тогда, будто принимая приветствие, сыновья согнулись ещё сильнее...
На это глава рода Бэк согнулся ещё ниже...
И сыновья согнулись ещё ниже...
«Даже если это приказ божественного указа, встречать главу рода Бэк нужно было отправить кого-то другого».
Чу Мёнюн на мгновение прикрыл глаза, горько жалея об этом.